Конечно, они не настолько знамениты и богаты, как известные иркутские династии Сибиряковых, Трапезниковых, Второвых и других промышленников, владельцев золотых приисков и торговых домов. Но Белоголовые также были старинным и многолюдным, и дружным купеческим родом, насчитывавшим пять поколений. Почти полтора века — до начала советской эпохи — весьма активно участвовали в жизни как Иркутской губернии, так и всей России: вели посредническую торговлю с Китаем, дружили с ссыльными декабристами, обучали у них своих детей, лечили известных писателей и издавали произведения, обличавшие несовершенства русского царизма.

Отличительной чертой всех Белоголовых, по свидетельствам современников,  была склонность рядом со своим жилищем обязательно высаживать сирень.

Спиридон — основатель рода

Первые упоминания о Белоголовых в Иркутске можно обнаружить на рубеже XVIII-XIX веков. Тогда мещанин Спиридон Белоголовый (?–1810), имевший двух подрастающих сыновей Гаврилу (1780–1823) и Василия (1785–?), занялся предпринимательством — торговлей и пивоварением. Это помогло ему собрать капитал в две тысячи рублей, покинуть сословие мещан и в 1804 году стать купцом третьей гильдии.

Дело оказалось сильно выгодным. Спиридон быстро богател и уже через четыре года увеличил свой капитал в 25 раз, став купцом первой гильдии и одним из самых состоятельных горожан. Но вскоре он умер.

В 1810 году его наследники — 30-летний Гаврила и 25-летний Василий разделили хозяйство отца и стали заниматься предпринимательством самостоятельно.

Как купец, Гаврила Спиридонович оказался успешнее своего брата — в течение последующих десяти лет он довел свой капитал до 50 тыс. рублей. Однако ранняя смерть в 43 года не позволила его делу развиться далее. Четверо детей, старшему из которых, Николаю, в тот год исполнилось всего 12 лет, также не смогли продолжить деятельность отца. 

А Василий Спиридонович предпринимательской жилкой пошел не в отца — всего за четыре года он растратил наследство, уменьшив его в три раза. И в 1815 году с капиталом 8 тыс. рублей вернулся в третью купеческую гильдию, с которой двадцать лет назад его отец начинал.

Но у Василия подрастал сын Андрей, которому дали образование, в том числе — два года в гимназии. И достигнув соответствующих лет, Андрей, внук Спиридона (третье поколение династии), успешно продолжил семейное дело.

«Относительно крайней честности…»

Братья Белоголовые с друзьями на иркутском вокзале (фото 1910-х гг.)

Андрей Васильевич (1806–1860) активно занимался торговлей, был партнером по комиссионной торговле крупного московского купца Куманина. Имел пивоваренный завод и лавку, позже винный погреб и магазин, в котором продавались вина, пиво, мед, сыры, фрукты, а также бакалейные, парфюмерные, скобяные и кожевенные товары.

Кстати, он один из тех, кто по предложению генерал-губернатора Восточной Сибири Николая Муравьева-Амурского принял непосредственное участие в создании Амурской компании в 1858 году и стал управляющим ее делами в Сибири.

Сохранилось интересное свидетельство нерчинского купца Прокопия Пахолкова, характеризующее честность Андрея Васильевича на этом посту и одного из его сыновей — Аполлона.

«Относительно крайней честности его и его сына Аполлона Андреевича имеется факт: после служения его и его сына, когда они служили в должности главноуправляющих Амурской К°, отцу, а затем сыну было положено большое жалованье, но они по своей простоте и честности брали столько, сколько нужно им было на расходы, а всю остальную сумму оставляли за компанией…»

Андрей Васильевич имел четырех сыновей: Андрей (1832–1893), Николай (1834–1895), Аполлон (1836–1885) и Владимир (1840–1875). Каждый из них (четвертое поколение династии) так или иначе оставил свой след в иркутской и российской истории.

Первый сын, Андрей Андреевич, унаследовал дело отца, был купцом первой гильдии, занимался предпринимательством в Китае. Получил звание потомственного почетного гражданина города. Но в 1865 году обанкротился и занялся управлением делами русских фирм и общественными поручениями. Например, стал попечителем иркутского Сиропитательного дома Медведниковой.

Позднее Андрей Андреевич начал издавать в качестве соучредителя первую частную сибирскую газету «Амур» (1860 г.).

Образование у ссыльных

	Николай Андреевич Белоголовый (1834–1895) врач, общественный деятель, писатель, публицист
	Аполлон Андреевич Белоголовый (1836 –1885) иркутский купец первой гильдии, потомственный почетный гражданин, гласный Иркутской городской думы
	Василий Аполлонович Белоголовый (1865–1919)  представитель пятого поколения купеческой династии, потомственный почетный гражданин Иркутска
	Леонид Аполлонович Белоголовый (1870/71–1930)  основатель первой в Сибири протезной мастерской

Второй сын Андрея Васильевича — Николай Андреевич, точно так же, как и его старший брат, воспитывался и получал начальное образование у ссыльных декабристов, в частности в семьях Ивана Якушкина и Алексея Юшневского. Вот как в своих мемуарах он вспоминал то время, описывая май 1842 года.

«…Отец мой был купец, далеко не богатый, очень деятельный, замечательно умный и не останавливавшийся ни перед какими жертвами, чтобы доставить нам наивозможно лучшее образование, что было тогда в Иркутске крайне трудной, почти неисполнимой задачей…

Когда мы, вымытые, приглаженные и одетые в наше лучшее платье, уселись на долгушу (длинные безрессорные дрожки, которые, кажется, и до сих пор в большом употреблении в Сибири), запряженную парой сытых лошадок, и быстро покатили по городу, то отец стал объяснять нам, что везет нас в деревню Малая Разводная, к декабристам Юшневским, у которых мы начнем учиться, и для этого скоро совсем переберемся на житье к ним; просил нас, как водится, держать себя умниками и не ударить лицом в грязь, если нас сегодня же вздумают проэкзаменовать. Мы были еще так юны и неопытны, что название «декабристы» не имело для нас решительно никакого смысла, а потому мы с самым невинным любопытством ждали предстоящего свидания».

Позже Николай Андреевич завершил среднее образование в московском частном пансионе и окончил медицинский факультет Московского университета. В 1855 году назначен городским врачом в Иркутске.

Врач и постепеновец

Но большая часть жизни Николая Андреевича все же оказалась связана не с Иркутском. В 1862 году после защиты докторской диссертации он переехал в Москву. Там он близко сошелся со многими известными литераторами и общественными деятелями. Лечил Некрасова, Тургенева и Салтыкова-Щедрина. Дружил с профессором Боткиным, о котором написал книгу в формате «Жизнь замечательных людей».

Так о нем вспоминал драматург Виктор Крылов: «Белоголовый был мужчина высокого роста, как большинство сибиряков, красивый, с каким-то выражением симпатичного юмора в постоянно присущей ему легкой улыбке. Несмотря на свой строгий, твердый характер, он, как истинно русский человек, любил безобидную шутку, но и в шутке он всегда был верен своим задушевным принципам».

В 1880 году Николай оставил медицинскую практику и полностью посвятил себя литературной деятельности. Жил с женой в Швейцарии, там встречался с русскими эмигрантами. Писал статьи для газеты «Общее дело», позднее стал главным редактором этого печатного органа русской эмиграции. Печатался в газетах «Колокол», «Под суд!». Оставил воспоминания о писателях Н. А. Некрасове, М. Е. Салтыкове-Щедрине, декабристах братьях Борисовых, А. П. Юшневском, А. В. Поджио.

В дальнейшем Николай Андреевич организовывал и содействовал созданию различных общественных организаций, в том числе «Общества врачей Восточной Сибири», «Общества учителей». В Иркутске в память о нем в 2005 году на здании областной детской клинической больницы установили мемориальную доску.

Противник революционных изменений, Белоголовый в шутку называл себя «постепеновцем» — сторонником постепенных преобразований. Его целью было объединение всех оппозиционных течений, дабы всемерно содействовать постепенному улучшению жизни.

Смесь романтиков

Находясь за границей, Николай Андреевич принимал живейшее участие в переписке по вопросу городской реформы. Когда в 1862 году началась подготовка реформы, он писал: «…Мне кажется, теперь надо, прежде всего, формироваться в дружную большую партию, осмыслить хорошенько свои желания и для этого собираться почаще кружком. И затем выступить на общем совещании дружно и массой с самой широкой программой о полной самостоятельности думы и ограничении власти центральной».

Его брат Андрей Андреевич совместно с публицистом Михаилом Загоскиным пытались провести подобную идею в иркутской городской думе. Они даже предложили заменить городскую думу общим собранием граждан города, в котором решающую роль играло бы мнение наиболее многочисленного сословия — мещан и цеховых, что по тем временам вообще воспринималось как революция. Естественно, предложение забаллотировали.

В этот момент один из гласных заседателей городской думы заметил, что Белоголовые — смесь романтиков, не чуждых благородным, но нереальным предложениям, особенно нереальным с точки зрения купеческого торга. Словно майская сирень переплелась с гостевыми рядами ярмарок. Таким образом, Белоголовым давали понять, что они крайне далеки от тех будней, которыми живет и наживается купеческий Иркутск: купить, продать и перепродать втридорога.

Эксперимент Аполлона Андреевича

Третий сын Андрея Васильевича — Апполон также был иркутским купцом первой гильдии. Совместно с младшим братом Владимиром торговал в Кяхте, имел золотые прииски в Забайкалье, являлся соучредителем пароходства «Байкал».

Аполлону Андреевичу принадлежали небольшие суконный и пивоваренный заводики в селе Тельма. Его интересы прямым образом соприкасались с кяхтинской торговлей и деятельностью Нижегородской ярмарки.

Главный продукт, которым занимался купец, был чай. Снабжение чайных и продажа чайных аксессуаров в розницу привела его к мысли попробовать сочетать продажу чая с пивом. Для этого он организовал несколько чайных в союзе с трактирщиками и кабатчиками в тех местах, где и начал проводить свой эксперимент.

Союз, организованный на такой основе, позволял Аполлону Андреевичу экономить средства и не вкладываться в строительство новых заведений. Старые места продажи, уже получившие среди населения положительную репутацию, снабжались чаем, пивом и закусками, что коренным образом меняло торговый характер всего дела и приносило неплохие доходы.

Подобный опыт понравился многим и наряду с производством пива иркутские купцы начали организовывать продажу пива в доходных местах, увеличивая прибыль с оборотов в несколько раз, не затрачивая дополнительных средств на капитальное развитие дела. По существу, купцы брали в аренду часть какой-либо хорошо отлаженной сети услуг и на ее основе развивали продажу пива, являющегося слабоалкогольным напитком. По этой причине такая деятельность не особенно контролировалась акцизным ведомством.

В целом Аполлон Андреевич в купечестве оказался самым успешным из братьев.

Серая схема

В 1875 году Аполлон Андреевич совместно с купцом Киселевым основали «Полное товарищество Белоголовый и Киселев», которое в Иркутске занялось мелочной торговлей предметами, производившимися на Тельминской фабрике, — сукно, кожи, стеклянная посуда и фарфор. Но похоже, что это был не главный вид деятельности товарищества.

До сих пор исследователям не удалось определить, чем именно по-крупному занималось то товарищество. Вероятнее всего, его деятельность концентрировалась на ссудном капитале. Это позволяло Белоголовому вовремя аккумулировать нужные средства на тех направлениях коммерческой деятельности, которые оказывались наиболее прибыльными. На это указывает и тот факт, что незадолго до открытия товарищества Аполлон Андреевич приобрел несколько золотых приисков в Забайкалье.

Золотодобыча в Сибири — один из самых доходных видов деятельности в XIX веке. Этим не пренебрегали ни члены августейшей фамилии, ни царедворцы, ни декабристы — официальные ссыльные. Но не всегда золотодобыча обогащала людей. Так, например, Андрей Васильевич, отец Аполлона, в 1858 году разорился на этом промысле, и в дальнейшем был вынужден стать лишь управляющим русских компаний в Китае.

К золоту в династии Белоголовых относились серьезно и даже настороженно. Аполлон Андреевич не решился в одиночку осваивать новое для себя направление и, судя по всему, подкрепил золотодобычу средствами вкладчиков.

Товарищество занимало у всех желающих деньги под проценты, официально — для развития розничной торговли товарами Тельминской фабрики. Однако предполагали, что заемные деньги уходят на развитие золотодобычи. Но во всеуслышание это не говорилось, иначе вкладчики могли бы потребовать больший процент.

«Общество зеленых полей»

Дом Василия Белоголового (Иркутск, ул. Рабочая, 5), построен в 1903 году. В 1907 году в нем был открыт «Дом трудолюбия». Здание перестроено в советские годы.

Многие из семьи Белоголовых признавались, что всю жизнь несли на себе печать той интеллигентности и образованности, которую им в детстве передали ссыльные декабристы. Некоторые скорее тяготились семейными капиталами и старались все силы отдавать на пользу обществу.

Это подтверждает участие братьев Николая и Аполлона в действовавшем в Иркутске в конце 1850-х — начале 1860-х годов общественно-политическом кружке «Общество зеленых полей». Кроме них, в заседаниях «Общества» участвовали купец Пиленков, публицист Загоскин, декабристы Якушкин, Трубецкой, Поджио, их родственники. При их содействии издавалась газета «Амур», доставлялись в Сибирь и распространялись издания Герцена, отправлялись в них корреспонденции.

Известно, что на формирование взглядов иркутского кружка сильное влияние оказали декабристы, которые сумели сформировать у своих воспитанников желание анализировать и обличать несовершенства политического строя. Впоследствии молодые сибиряки, входившие в «Общество зеленых полей», пропагандировали необходимость чувства личного достоинства как одного из важнейших составных понятий «гражданин» и «патриот».

Такой постулат стал главным и для Николая Андреевича Белоголового. Он полагал, что нужно воспитать в сибиряке желание не бояться чиновника и не давать ему взятку.

Есть сведения, что иркутский кружок через Николая Андреевича был связан с лондонским революционным центром. Об этом стало известно сибирской администрации. На Белоголового, как на иркутского корреспондента Герцена, был отправлен донос в Третье отделение, установлен полицейский надзор.

Но несмотря на свою в глазах властей неблагонадежность, Белоголовым и членам их кружка удалось добиться многого в сплочении передовых сил сибирской общественности. В конце концов сибирские чиновники признали, что ничего противозаконного в деятельности «Общества зеленых полей» найти не удалось.

Последние купцы

	Семейство Белоголовых на пикнике в окрестностях Иркутска (фото 1910-х гг.).

Пришло время пятого поколения династии Белоголовых — последнего поколения, представители которого еще продолжали дело прапрадеда Спиридона, иркутского купца первой гильдии.

Из всех детей Андрея Андреевича купцом стал только третий сын Василий (1864–1930). После смерти отца вернулся из Китая в Иркутск, занимался предпринимательством и активно участвовал в общественной жизни города: являлся председателем Общества вспомоществования учащимся и учителям, членом городской думы, почетным попечителем учительской семинарии. В конце концов отдал все свое состояние комитету грамотности, а сам стал учителем.

Среди одиннадцати детей Аполлона Андреевича, пожалуй, самого удачливого купца во всей династии, также удачно семейное дело продолжил лишь старший сын Василий (1865–1919). После смерти родителей под его управление по наследству перешли суконная фабрика в Тельме, винокуренный и стекольный заводы.

 Василий Аполлонович хорошо знал японский и китайский языки, ездил в Японию за краской для сукна. Продвигал в Иркутскую губернию достижения прогресса: в 1895 году провел между Иркутском и Тельминской фабрикой телефонную линию, а уже в 1900 году его винокуренный и пивоваренный заводы там же, в Тельме, работали с использованием электричества.

Занимался он и благотворительностью. В 1897 году полторы тысячи рублей пожертвовал на строительство иркутского драмтеатра, являлся церковным старостой Тельминской Казанской церкви. В 1899 году вошел в Попечительный совет городской публичной библиотеки.

Остальные братья Василия, дети Аполлона Андреевича, активно бизнес не вели. Они неплохо жили в положении, схожем с рантье: владели, но не управляли и жили на проценты с прибыли производства. Так, например, Иван (1880 — после 1937) владел типографией. Юрий (1883/84–?) вообще бизнесом не занимался, но преподавал в Московском университете. Леонид (1870/71–1930) основал первую в Сибири протезную мастерскую и до 1918 года пользовался доходами от нее.

Бурное время

Следующее, шестое поколение иркутских купцов Белоголовых застало непростые времена — Первая мировая война, революции, Гражданская война. Бурное время сохранило немного информации об их жизни.

У Василия Андреевича Белоголового было пять дочерей и пять сыновей. Все сыновья — Сила, Петр, Андрей, Павел, Дмитрий — в чине офицеров служили сначала в царской, а затем в колчаковской армии. Причем старший сын, Сила (1885–1946), к 1915 году был награжден Георгиевскими крестами всех четырех степеней, медалью «За храбрость» и произведен в прапорщики. После Гражданской войны, в 1922 году, эмигрировал в Китай, до 1932 работал на КВЖД, умер в Харбине.

Другой сын Василия Андреевича, Андрей (1895–1977), в Первую мировую был награжден Георгиевским оружием (1917). Затем вернулся в Иркутск и в чине капитана командовал отрядом, воевавшим в Братском районе против красных партизан. После Гражданской войны эмигрировал в Корею, затем в США. Умер в Сан-Франциско в возрасте 82 лет.

Василий Аполлонович Белоголовый имел дочь Евдокию (1902–1947), которая окончила химический факультет Томского университета. С дипломом химика-технолога она работала на Хайтинской фарфоровой фабрике и Иркутском заводе тяжелого машиностроения им. В.В. Куйбышева.

 

Текст Владимир Титов

"Капиталист", иркутский журнал для предпринимателей № 3 (74) Май - Июнь 2014 года

• Число просмотров: 5570