Свежий номер «Капиталиста»

В центре внимания

Тарифы

ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ ДАНА КОМАНДА ФАС

ЭЛЕКТРИЧЕСТВО: ТЕПЕРЬ, КАК ВСЕ

 

Свежий номер «Капитала»

В продаже с 7 ноября
Авторынок
БЛОГЕРАМ ДОВЕРЯЮТ
Доходы и расходы
ПАДЕНИЕ ВЫРУЧКИ -- ЧТО ДЕЛАЕТ БИЗНЕС

ЭЛЕКТРОННАЯ ВЕРСИЯ

сайт органов местного самоуправления

Архив журнала «Капиталист»

Так это было

КУПЕЧЕСКОЕ СОСЛОВИЕ: ПОРТРЕТ БЕЗ ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ РАСКРАСКИ.

История российского предпринимательства начиналась не полтора десятка лет назад в постперестроечный период, как считают некоторые,а много раньше. К примеру, весьма скоро после основания Иркутска енисейскими казаками во главе с Яковом Похабовым оказалось, что будущая столица Восточной Сибири расположилась в очень удачном месте - на перечении торговых путей. Тогда в местности "против Иркута-реки" и появилось новое сословие - купеческое, которому наш город многим обязан. А было это около трех веков назад. В этом выпуске рубрики "Так это было" мы продолжаем рассказ о том, какими были первые предприниматели - российские и сибирские купцы. А кроме того, сегодня мы покажем иркутское купечество с неожиданной стороны.

Владимирская церковь

"Чтобы стоять, я должен держаться корней", - утверждал в известной песне Борис Гребенщиков. Эта фраза абсолютно верна для современного предпринимательского сообщества. Сегодняшние предприниматели, анализируя свое место в обществе, все чаще обращаются к истории.

Бородатый жмот с мошной, набитой пятаками - это портрет купца работы советских идеологов. И хотя в купеческом сословии были люди разные, в первую очередь, рисуя портрет русского купца, нужно отбросить идеологическую палитру. Кто же они на самом деле - торговые люди из прошлого России?

Как сейчас утверждают историки, купечество в России основывалось на нескольких принципах: преемственности, честном имени, творческой инициативе. Купцами финансировались научные разработки, экспедиции, они осуществляли существенный вклад в культуру России, занимались благотворительностью.

Многим обязан купечеству и Иркутск. Имея огромные деньги, сибирские купцы могли позволить себе выделять немалые суммы на обустройство жизни в родном городе. Большинство церквей, которыми славился Иркутск, гимназии, школы, больницы, приюты, библиотеки, магазины, самые красивые здания были построены и содержались купцами. Их личные библиотеки удивляли столичных библиофилов. Так что фраза "Иркутск - город купеческий" имеет вполне конкретный смысл.

КУПЦЫ - ОСНОВА СРЕДНЕГО КЛАССА

220 лет назад в России совершилось весьма важное событие, которое на века предопределило развитие экономики и идеологии в России. После объявления "Жалованной грамоты российскому дворянству" в 1785 году Екатерина II положила начало формированию сословия, обладавшего гражданскими свободами и частной собственностью, признанного государством и защищенной законом. Последующие указы императрицы этого же года распространили гражданские свободы и на другие группы населения, в частности на купцов, мещан и крестьян. По сути, это и предопределило рождение третьего сословия - основы среднего класса в России.

Чуть раньше царица Елизавета Петровна в целях расширения торгового сотрудничества освободила купцов от всех налогов и сборов, кроме таможенного и пограничного, в сумме составлявших 13% от их доходов.

КУПЕЧЕСКАЯ "ТАБЕЛЬ О РАНГАХ"

В 1720 году государь Петр Великий учредил своим указом купеческий магистрат и разделил городских купцов на три гильдии. Само же слово "гильдия" происходит от "гильда", переводимого на современный язык как "цех".

К первой гильдии царь отнес крупных торговцев, ко второй - мелочных торгашей (тогда это было отнюдь не уничижительное название весьма уважаемой группы торговых людей), а также лавочников и хороших ремесленников. В третью гильдию входили простые ремесленники и мастера.

Правильные (с ударением на "и") повинности, уже при Екатерине II, купцы тоже несли в зависимости от объявленного ими в шестигласной думе капитала, с которого они отдавали один процент со ста. Тот, кто объявил от одной до пяти тысяч рублей, принадлежал к третьей гильдии и торговал мелочью. Объявивший капитал от пяти до десяти тысяч торговал всем, чем хотел (исключения - он не имел права торговать на судах и держать фабрики). Купец, объявивший капитал от десяти до пятидесяти тысяч рублей, принадлежал к первой гильдии. Он мог ко всему вышеперечисленному заниматься иностранной торговлей и иметь заводы и фабрики.

Но была в этой "табели о рангах" еще одна привилегированная категория торговых людей, к которой относились купцы, имевшие помимо того, что было у купцов первой гильдии, свои корабли и дело не менее чем на 100 тысяч рублей (огромные по тем временам деньги). Они назывались именитыми гражданами. Это высокое звание позволяло ездить в городе в каретах, запряженных четырьмя лошадьми. Купцам первой гильдии дозволялось ездить в карете, запряженной парою, второй - тоже парою, но не в карете, а в коляске. Купцам третьей гильдии разрешалось впрягать в свои экипажи не более одной лошади.

Кроме того, именитые граждане могли иметь загородные дачи, сады, владеть заводами и фабриками. И еще одно немаловажное преимущество: именитые граждане освобождались от позорного телесного наказания (купцы первой и второй гильдии тоже от него освобождались).

Необходимое уточнение: к именитым гражданам также причислялись ученые с академическими или университетскими дипломами и письменными свидетельствами об их звании или искусстве, признанными главными российскими училищами. Причислялись к ним и художники четырех отраслей - живописи, архитектуры, скульптуры и "музыкосочинители". Старшему внуку именитого гражданина, при безупречной репутации отца и деда, дозволялось по достижении 30 лет просить о возведении в дворянство. Однако император Александр I ликвидировал звание именитых граждан.

Любопытными типажами являлись иркутские купцы. Чтобы не быть голословным, расскажем о некоторых из них, кто запечатлелся в памяти современиков и кто по праву может занять место в энциклопедии купеческих семей, если таковая будет когда-либо издана.

ГОРОДСКОЙ ГОЛОВА МЕДВЕДНИКОВ

Начнем с самого знаменитого человека Сибири в начале XIX века - Прокопия Федоровича Медведникова. Он приобрел свой капитал после войны 1812 года разменом пушнины на китайские товары. Этот оборот в течение 15 лет постоянно приносил ему пятикратную прибыль.

Баснословно разбогатев, он построил в Иркутске огромный двухэтажный каменный дом с высоким забором, который по описаниям очевидцев больше походил на пакгауз или мощную крепостную башню. В этом мрачном строении не было ни одного окна, вместо них на втором этаже зияли зарешеченные бойницы. Там за крепкими стенами хранилось несметное богатство.

Что же касалось до самого обладателя миллионов, то он нисколько и ничем не походил на высших российских превогильдийцев того времени. Наоборот, являлся их полной противоположностью. При первой встрече незнакомые люди принимали его за мелочного торговца мылом или сальными свечами на базаре.

Это был человек с серьезно-угрюмой физиономией. Славился своей скупостью и чванством. Он вечно ходил в засаленном сюртуке неопределенного цвета, в измятой шляпенке и грязных сапогах. Одним словом, какая-то карикатура, а не купец. Причем в таком затрапезном виде он принимал свою братию - иркутских богачей, с 1814 по 1817 год занимал должность иркутского городского головы и неплохо справлялся со своими обязанностями. В городе Медведникова прозвали Кащеем.

В семье купцов Медведниковых весьма поощрялась боготворительность, а многие ее представители жертвовали немалые суммы на сторительство учебных заведений, сиропитательных домов. Сам Прокофий Федорович построил большую пятипрестольную каменную церковь во имя успения Богоматери. Отлил на свои средства колокол на Владимирскую церковь, вместо треснувшего.

ПЛУТЫ ПЕРВОЙ ГИЛЬДИИ

Вообще в старину между иркутскими купцами было в моде называть друг друга прозвищами и кличками, а не по имени, отчеству и фамилии. И это не считалось зазорным; наоборот было почетным, как признак особого внимания к персоне. Прозвище обыкновенно называли фамилией по улице. При первом знакомстве купцы нередко называли только одно прозвище, иногда настоящую фамилию, но при этом добавляли и прозвище, например:

- А по улице я - Кубышка.

Вот несколько прозвищ иркутских купцов второй половины XIX столетия.

Иннокентий Петрович Тропин носил кличку Деревянного Апостола, которую ему дали будто бы за его богомольность. У него был хороший музей с редкими старинными предметами и документами, но он сгорел в 1879 году. Мирона Дмитриевича Кулакова почему-то называли Железной Просвирой. Братья Шушаковы носили кличку Братья Разбойники.

Про двух купцов - Дмитрия Гагарина и Василия Казарина существовала даже своего рода поговорка: "нет выше плутов, как Митька Гагарин да Васька Казарин".

Однажды Гагарин на Нижегородской ярмарке набрал в кредит товара на очень крупную сумму. Товар был упакован и отправлен в Иркутск, но векселей Гагарин еще не подписал и в один прекрасный день он скрылся из Нижнего Новгорода.

Кредиторы долго ожидали его для подписи векселей, наконец, порешили навести справки в Иркутске, куда незадолго перед тем явился беглец. Недолго думая, на запрос кредиторов Гагарин ответил, что иркутский 1-й гильдии купец Дмитрий Гагарин волею Божей скончался тогда-то, что дело его ликвидировано, а вырученные суммы пошли целиком на уплату долгов. Так ни копейки он не заплатил, и все ему сошло с рук.

ГРЕХ КУПЦА ВТОРОВА

О том, как зарабатывается трудовой миллионерский хлеб можно узнать из истории греха и падения купца Второва.

По официальнй версии Второв-отец в 1862 году открыл в Иркутске мануфактурную торговлю московскими товарами, которые по высоким ценам продавал "туземцам" и в сибирских деревнях. Так он сколотил свой первый миллион. Однако рассказ сторожилов села Тамарей, что находится в нынешнем Боханском районе, прояснил откуда у родоначальника династии взялся стартовый капитал, ведь до этого момента он служил извозчиком, ездил по сибирским трактам и возил грузы.

Однажды в поездку до Качуга молодого извозчика наняла жена одного ленского золопромышленника. Она в сопровождении попутчика, с которым крутила шуры-муры, должна была доставить мужу крупную сумму денег. Во время очередной остановки на реке Манзурке, впадающей в Лену, попутчик схватил даму и поволок к воде. Она, как истая сибирячка, оказалась неподатливой, но силы были неравны.

К барахтающимся на берегу неспеша подошел Второв и, схватив обоих, сунул в воду. Затем оттащил трупы в заводь и завалил корчагами. Потом он заехал в Качуг, а оттуда потихоньку вернулся в Иркутск и доложил хозяину, что заказ выполнен - отвез господ до Лены.

Через некоторое время пополз слух о бегстве жены золотопромышленника через Китай в Европу с молодым поклонником. О Второве в этом деле даже не вспоминали, на тракте его многие видели, и был он вне подозрений.

Еще несколько лет занимался Второв извозом, затем попросил у хозяина денег взаймы и открыл дело. С этого и пошли второвсие миллионы. Вскоре стал он известным купцом, магазинов понастроил по всей Сибири с характерным красным кирпичем.

За свой манзурский грех он расплатился тем, что завещал половину своего капитала на возведение приютов и больниц для страждующих недугами и детей.

Поэтому приюты и больницы еще долго после смерти купца назывались Второвскими. 

КУПЕЦ ХАМИНОВ

Иван ХАМИНОВ

Головокружительную купеческую карьеру совершил в свое время Иван Степанович Хаминов - от мальчика на побегушках до купца первой гильдии, потомственного почетного гражданина, обладателя многомиллионного состояния. О нем в Иркутске говорили: "он вышел из праха и пыли, а достиг чинов и миллионов".

Хаминов всегда отличал тех приказчиков, которые умели нажить "деньгу" не только для хозяина, но и для самих себя. Особенно поощрял он в наживе для себя тех приказчиков, которых отправлял с товарами на ярмарки. По возвращении с ярмарки он обычно приглашал ярмарочного доверенного к себе, выспрашивал о деле, ценах и тому подобное, а затем непременно задавал вопрос:

- Ну, а сколько себе нажил?

- Тысячи три, -- иногда отвечал приказчик.

- Молодец! Из тебя выйдет потом человек.

И горе, если приказчик заявлял:

- Нисколько!

- Мне таких служащих не надо, с этим умом далеко не уйдешь, да еще в трубу вылетишь. Ты, братец, завтра же можешь получить у меня расчет.

И в таких случаях Хаминов был неумолим. Приказчик должен был уйти.

И еще одна забавная черта из жизни иркутского миллионера. Рассказывали, что при приеме гостей водка у него подавалась в графине, на дне которого был очень искустно устроен музыкальный ящик. Стоило только наклонить графин для того, чтобы налить рюмку, как раздавались звуки музыки. На аукционе после смерти Хаминова это графин был продан за пять рублей.

После смерти Иван Степанович Хаминов был удостоен высокой чести - погребен на паперти Харлампиевской церкви, "как строитель храма сего" (имеются в виду его большие пожертвования на церковь). На могильной плите надпись: "Аз воскрешу его в последний день. Иван Степанович Хаминов, родился 2 июля 1817 года, скончался 8 апреля 1884 года".

...Вот такими разными были представители российского и иркутского купечества.

Павел Мигалев, Василий Потемкин


"Капиталист", иркутский журнал для предпринимателей № 1 (11) Февраль - Март 2006 года


  • Число просмотров: 6363

 

Еще статьи в этой рубрике

Архив журнала

Рейтинг статей

 
Рейтинг@Mail.ru
О нас
рекламные издания
деловая пресса
оказание рекламных услуг
журналы иркутска
рекламные сми
журналы сибири
деловые сми
рекламная полиграфия
стоимость рекламы в журнале

Журнал капитал
журнал капитал
рекламный каталог
журнал товары и цены
торговый журнал
товары и цены каталог
товары в иркутске
рекламно информационные издания
рекламный журнал

Журнал капиталист
бизнес журнал
бизнес издания
деловые издания
деловой журнал

Размещение рекламы
размещение рекламы в журнале
региональная реклама
реклама в печатных сми
реклама в печатных изданиях
реклама в регионах
реклама в иркутске
реклама в журналах и газетах
реклама в журналах
закрыть